Стихи маршака двенадцать месяцев

Стихотворение Двенадцать месяцев пьеса - Сказка, стихотворение Маршак Самуил Яковлевич - Сказки и стихи Маршак Самуил Яковлевич скачать бесплатно или стихи маршака двенадцать месяцев онлайн - текст сказки в формате html - текст сказки в формате txt - текст сказки в формате rtf - текст сказки в стихи маршака двенадцать месяцев fb2 Драматическая сказка ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА Старуха-мачеха. Королева, девочка лет четырнадцати. Гофмейстерина, высокая, тощая, старая дама. Учитель Королевы, профессор арифметики и чистописания. ДЕЙСТВИЕ ПЕРВОЕ КАРТИНА ПЕРВАЯ Зимний лес. Никем не потревоженный снег лежит волнистыми сугробами, покрывает деревья пушистыми шапками. Несколько мгновений на сцене пусто, даже как будто мертво. Потом солнечный луч пробегает по снегу и освещает белесо-серую Волчью голову, выглянувшую из чащи, Ворона на сосне, Белку, примостившуюся в развилине ветвей у дупла. Слышится шорох, хлопанье крыльев, хруст сухого дерева. Поглядишь, будто нет никого в лесу, будто пусто кругом. Да меня не надуешь! Я чую - и заяц тут, и белка в дупле, и стихи маршака двенадцать месяцев на суку, и куропатки в сугробе. Так бы всех и съел! Вррешь - всех не съешь. А ты не каркай. У меня с голодухи брюхо свело, зубы сами щелкают. Иди, бррат, своей доррогой, никого; не трогай. Да смотри, как бы тебя не тронули. Я воррон зоркий, за тридцать верст стихи маршака двенадцать месяцев дерева вижу. Ну, что ж ты видишь? По дорроге солдат идет. Волчья смерть у него за плечами, волчья гибель на боку. Куда ж ты, серрый? Скучно слушать тебя, старого, побегу туда, где тебя стихи маршака двенадцать месяцев Убрался серый восвояси, струсил. Поглубже в лес - от смерти подальше. А солдат-то не за волком, а за елкой идет. Санки за собой тянет. Праздник нынче - Новый год. Недарром и мороз ударил новогодний, трескучий. Эх, расправить бы крылья, полетать, согреться - да стар стихи маршака двенадцать месяцев, стар. На поляну выскакивает Заяц. На ветвях рядом с прежней Белкой появляется еще одна. ЗАЯЦ хлопая лапкой о лапку. От мороза дух захватывает, лапы на бегу к снегу примерзают. Белки, а белки, давайте играть в горелки. Солнце окликать, весну зазывать! Косой, косой, Не ходи босой, А ходи обутый, Лапочки закутай. Если будешь ты обут, Волки зайца не найдут, Не найдет тебя медведь. Выходи - тебе гореть! За ним - две Белки. Заяц Гори, гори ясно, Чтобы не погасло. Глянь на небо - Птички летят, Колокольчики звенят! Белки, обежав Зайца справа и слева, мчатся по снегу. Заяц - за ними. В это время на полянку выходит Падчерица. На ней большой рваный платок, старая кофта, стоптанные башмаки, грубые рукавицы. Она тянет за собой санки, за поясом у нее топорик. Девушка останавливается между деревьями стихи маршака двенадцать месяцев пристально смотрит на Зайца и Белок. Те так заняты игрой, что не замечают ее. Белки с разгона взбираются на дерево. Так нельзя, это нечестно! Я с вами больше не играю. А ты, заяц, прыгни, прыгни! Хвостом махни - и на ветку! ЗАЯЦ пытаясь прыгнуть, жалобно. Да у меня хвост короткий. Заяц и Белки быстро оглядываются на нее и прячутся. ПАДЧЕРИЦА вытирая слезы рукавицей. На морозе жарко стало. Хвост, говорит, у меня короткий. Не слыхала бы своими ушами - не поверила бы! На поляну выходит Солдат. За поясом у него большой топор. Он тоже тянет за собой санки. Солдат - усатый, бывалый, немолодой. Ты чему же это радуешься - клад нашла или хорошую новость услыхала? Падчерица машет рукой и смеется еще звонче. Да ты скажи, с чего тебя смех разбирает. Может, и я посмеюсь с тобой вместе. Да вы не поверите! Мы, солдаты, на своем веку всего наслышались, всего нагляделись. Верить - верим, а в обман не даемся. Тут заяц с белками в горелки играл, на этом самом месте! Вот как наши ребятишки на улице играют. «Гори, гори ясно, чтобы не погасло. » Он за ними, они от него, по снегу да на дерево. И еще дразнят: «Подскочи, подскочи, подпрыгни, подпрыгни! Так по-нашему и говорят? Вот вы мне и не верите! Старому году конец, новому - начало. А я еще от деда своего слыхал, будто его дед ему рассказывал, что в этот день всякое на свете бывает - умей только подстеречь да подглядеть. Это ли диво, что белки с зайцами в горелки играют! Под Новый год и не такое случается. Да так ли, нет ли, а говорил мой дед, что в самый канун Нового года довелось его деду со всеми двенадцатью месяцами встретиться. Круглый год старик разом увидал: и зиму, и лето, и весну, и осень. На всю жизнь запомнил, сыну рассказал и внукам рассказать велел. Так до меня оно и дошло. Как же это можно, чтобы зима с летом и весна с осенью сошлись! Вместе им быть никак нельзя. Ну, что знаю, про то и говорю, а чего не знаю, того не скажу. А ты зачем сюда в такую стужу забрела? Я человек подневольный, меня начальство сюда отрядило, а тебя кто? И я не своей волей пришла. В услужении ты, что ли? Да как же тебя мать отпустила? Мать бы не отпустила, а вот мачеха послала - хворосту набрать, дров нарубить. То-то и амуниция у тебя второго сроку. Верно, насквозь тебя продувает. Ну, давай я тебе помогу, а потом и за свое дело примусь. Падчерица и Солдат вместе собирают хворост и укладывают на санки. А у вас какое дело? Елочку мне нужно вырубить, самую лучшую в стихи маршака двенадцать месяцев, чтоб и гуще ее не было, и стройней не было, и зеленей не было. Стихи маршака двенадцать месяцев Для кого же такая елка? Как - для кого? Завтра у нас гостей полон дворец будет. Вот и надо нам всех удивить. А стихи маршака двенадцать месяцев же у вас на елку повесят? Что все вешают, то и у нас повесят. Всякие игрушки, хлопушки да побрякушки. Только у других вся эта канитель из бумаги золотой, из стекляшек, а у нас из чистого золота и алмазов. У других куклы и зайчики ватные, а у нас атласные. Неужто королева еще в куклы играет? Отчего же ей не играть? Она хоть и королева, а не старше тебя. Да я-то уж давно не играю. Ну, тебе, видать, некогда, а у нее время есть. Над ней-то ведь никакого начальства нет. Как померли ее родители - король с королевой, - так и осталась она полной хозяйкой и себе и другим. Значит, и королева у нас сирота? Некому поучить ее уму-разуму. Ну, твое дело сделано. Хворосту на неделю хватит. А теперь пора и мне за свое дело приниматься, елочку искать, а то попадет мне от нашей сироты. Она у нас шутить не любит. Вот и мачеха у меня такая. И сестрица вся в нее. Что ни сделаешь, ничем им не угодишь, как ни повернешься - все не в ту сторону. Погоди, не век тебе терпеть. Молода ты еще, доживешь и до хорошего. Уж на что наша солдатская служба долгая, а и ей срок выходит. Спасибо на добром слове и за хворост спасибо. Быстро я нынче управилась, солнце еще высоко стоит. Дайте-ка я вам елочку одну покажу. Не подойдет ли она вам? Уж такая красивая елочка - веточка в веточку. Ты, видно, здесь в лесу своя. Недаром белки с зайцами при тебе в стихи маршака двенадцать месяцев играют! Падчерица и Солдат, оставив санки, скрываются в чаще. Потом ветви старых заснеженных елей раздвигаются, стихи маршака двенадцать месяцев поляну выходят два высоких старика: Январь-месяц в белой шубе и шапке и Декабрь-месяц в белой шубе с черными полосами и в белой шапке с черной опушкой. Вот, брат, принимай хозяйство. Как будто все у меня в порядке. Снегу нынче довольно: березкам по пояс, соснам по колено. Теперь и морозцу стихи маршака двенадцать месяцев можно - беды уж не будет. Мы свое время за тучами прожили, вам и солнышком побаловаться не грех. Видать, ты славно поработал. А что, у тебя на речках стихи маршака двенадцать месяцев на озерах крепко лед стал? А не мешает еще подморозить. За нами дело не станет. Стихи маршака двенадцать месяцев, а народ лесной как? Кому время спать - спит, а кто не спит, тот прыгает да бродит. Вот я их созову, сам погляди. Из чащи выглядывают Волк и Лисица. На ветвях появляются Белки. На середину полянки выскакивает Стихи маршака двенадцать месяцев. За сугробами шевелятся уши других зайцев. Волк и Лисица нацеливаются на добычу, но Январь грозит стихи маршака двенадцать месяцев пальцем. Думаете, для вас мы зайцев сюда созвали? Нет, уж вы сами для себя промышляйте, а нам всех лесных жильцов посчитать надо: и зайцев, и белок, да и вас, зубастых. Волк и Лисица притихают. Старики неторопливо считают зверей. Декабрь Собирайтесь, звери, в стаю, Я вас всех пересчитаю. Куцых зайцев сорок штук. Ну, теперь куницы, белки И другой народец мелкий. Галок, соек и ворон Ровным счетом миллион! Можете идти по своим домам, по своим делам. А теперь, братец, пора нам к нашему празднику приготовиться - снег в лесу обновить, ветви посеребрить. Махни-ка рукавом стихи маршака двенадцать месяцев ты ведь еще здесь хозяин. А не рано ли? До вечера еще далеко. Да вон и санки чьи-то стоят, значит, люди по лесу бродят. Завалишь тропинки снегом - им отсюда и не выбраться. А ты полегоньку начинай. Подуй ветром, помети метелью - гости и догадаются, что домой пора. Не поторопишь их, так они до полуночи шишки да сучья собирать будут. Всегда им чего-нибудь надо. На то они и люди! Ну что ж, начнем помаленьку. Верные слуги - Снежные вьюги, Заметите все пути, Чтобы в чащу не пройти Ни конному, ни пешему! Ни леснику, ни лешему! Снег густо падает на землю, на стихи маршака двенадцать месяцев. За снежной завесой почти не видно стариков в белых шубах и шапках. Их не отличить от деревьев. На поляну возвращаются Падчерица и Солдат. Они идут с трудом, вязнут в сугробах, Закрывают лица от вьюги. Вдвоем они несут елку. Метель-то какая разыгралась - прямо сказать, новогодняя! Где мы тут с тобой санки оставили? А вон два бугорочка рядом - это они и есть. Подлиннее да пониже - это ваши санки, а мои повыше да покороче. Вот елочку привяжу, и тронемся. А ты не жди меня - иди себе домой, а то замерзнешь в своей одежонке, да и метелью тебя заметет. Смотри ты, какая завируха поднялась! Ничего, мне не в первый раз. Помогает ему привязать елку. А теперь шагом марш, в путь-дорогу. Я - вперед, а ты - за мной, по моим следам. Так-то тебе полегче будет. Вон там, за теми соснами, два старика в белых шубах стоят. В это время деревья сдвигаются, и оба Старика исчезают за ними. Никого там нет, померещилось тебе. Да нет, я видела. Два старика - в шубах, в шапках! Нынче и деревья в стихи маршака двенадцать месяцев и в шапках стоят. Идем-ка поскорее, да не гляди по сторонам, а то в новогоднюю метель и не такое привидится! Падчерица и Солдат уходят. Из-за деревьев опять появляются Старики. Смотрит вдаль из-под ладони. Вон уж они где - с горки спускаются! Ну, видно, это последние твои гости. Больше в нынешнем году людей у нас в лесу не будет. Зови братьев новогодний костер разводить, смолы курить, мед на весь год варить. А кто дров припасет? А кто огоньку принесет? Кто будет жар раздувать? Кто будет жар заливать? В глубине чащи в разных местах мелькают чьи-то фигуры. Сквозь ветви светятся огни. Что ж, брат, как будто все мы в сборе - весь круглый год. Запирай лес на ночь, чтобы ни хода, ни выхода не было. Вьюга белая - пурга, Взбей летучие снега. Ты курись, Ты дымись, Пухом на землю вались, Кутай землю пеленой, Перед лесом стань стеной. Вот ключ, Вот замок, Чтоб никто пройти не мог! Стена падающего снега закрывает лес. Широкая доска в резной золотой раме. Парта из розового дерева. На бархатной подушке сидит и пишет длинным золотым пером четырнадцатилетняя Королева. Перед ней седобородый Профессор арифметики и чистописания, похожий на старинного астролога. Он в мантии, в докторском причудливом колпаке с кистью. Терпеть не могу писать. Все пальцы в чернилах! Вы совершенно правы, ваше величество. Это весьма неприятное занятие. Недаром древние поэты обходились без письменных приборов, почему произведения их отнесены наукой к разряду устного творчества. Однако же осмелюсь попросить вас начертать собственной вашего величества рукой еще четыре строчки. Профессор Травка зеленеет, Солнышко блестит, Ласточка с весною В сени к нам летит! Я напишу только «Травка зеленеет». Доброе утро, ваше величество. Осмелюсь почтительнейше просить вас подписать один рескрипт и три указа. Стихи маршака двенадцать месяцев уж тогда я не буду дописывать «зенелеет». Дайте сюда ваши бумажки! Подписывает бумаги одну за другой. Благодарю вас, ваше величество. А теперь позволю себе попросить вас начертать. Только вашу высочайшую резолюцию на этом ходатайстве. Что же я должна написать? Одно из двух, ваше величество: либо «казнить», либо «помиловать». Лучше напишу «казнить» - это короче. Канцлер берет бумаги, кланяется и уходит. О чем это вы? Ах, ваше величество, что вы написали! Вы, конечно, опять заметили какую-нибудь ошибку. Надо писать «кознить», что ли? Нет, вы правильно написали это слово и все-таки сделали очень грубую ошибку. Вы стихи маршака двенадцать месяцев судьбу человека, даже не задумавшись! Не могу же я писать и думать в одно и то же время. Сначала надо подумать, а потом писать, ваше величество! Если бы я стихи маршака двенадцать месяцев вас, я бы только и делала, что думала, думала, думала и под конец, наверно, сошла бы с ума или придумала бог стихи маршака двенадцать месяцев что. Но, к счастью, я вас не слушаюсь. Ну, что у вас там дальше? Спрашивайте скорее, а то я целый век не выйду из классной! Осмелюсь спросить, ваше величество: сколько будет семью восемь? Это меня никогда не интересовало. Разумеется, интересовало, ваше величество! Ну, прощайте, наш урок окончен. Стихи маршака двенадцать месяцев, перед Новым годом, у меня очень много дела. Как угодно вашему величеству!. Грустно и покорно собирает книги. КОРОЛЕВА ставит локти на стол и рассеянно следит за ним. Право же, хорошо быть королевой, а не простой школьницей. Все меня слушаются, даже мой учитель. Скажите, а что бы вы сделали с другой ученицей, если бы она отказалась ответить вам, сколько будет семью восемь? Не смею сказать, ваше величество! Поставил бы в угол. В тот или в этот? Это все равно, ваше величество. Я бы предпочла этот - он как-то уютнее. А если она и после этого не захотела бы сказать, сколько будет семью восемь? Прошу прощения у вашего величества. А если она ждет к обеду гостей, например, послов какой-нибудь державы или иностранного принца? Да ведь я же говорю не о королеве, ваше величество, а о простой школьнице! КОРОЛЕВА притягивая в угол кресло и садясь в него. Вы, оказывается, очень жестокий старик. А вы знаете, что я могу вас казнить? И даже сегодня, если захочу! Но чем же я прогневал ваше величество? Ну, как вам сказать. Вы очень своенравный человек. Что бы я ни сказала, вы говорите: неверно. Что бы ни написала, вы говорите: стихи маршака двенадцать месяцев так. А я люблю, когда со мной соглашаются! Ваше величество, клянусь жизнью, я больше не буду с вами спорить, если это вам не угодно! Тогда давайте продолжать наш урок. Спросите у меня что-нибудь. Сколько будет шестью шесть, ваше величество? КОРОЛЕВА смотрит на него, наклонив голову набок. Совершенно верно, ваше величество. А сколько будет восемью восемь? Какой вы любопытный человек. Лучше сами расскажите мне что-нибудь интересное. Рассказать что-нибудь интересное, ваше величество? Ведь сегодня канун Нового года. Год, ваше величество, состоит из двенадцати месяцев! Совершенно точно, ваше величество. Месяцы называются: январь, февраль, март, апрель, май, июнь, июль. И вы знаете все по именам? Какая у вас замечательная память! Благодарю вас, ваше величество! Август, сентябрь, октябрь, ноябрь и декабрь. Месяцы идут один за другим. Стихи маршака двенадцать месяцев окончится один месяц, сразу же начинается другой. И никогда еще не бывало, чтобы февраль наступил раньше января, а сентябрь - раньше августа. А если бы я захотела, чтобы сейчас наступил апрель? Это невозможно, ваше величество. Это не я возражаю вашему величеству. Это наука и природа! А стихи маршака двенадцать месяцев я издам такой Закон и поставлю большую печать? ПРОФЕССОР беспомощно разводит руками. Боюсь, что и это не поможет. Но вряд ли вашему величеству понадобятся такие перемены в календаре. Ведь каждый месяц приносит нам свои подарки и забавы. Декабрь, январь и февраль - катанье на коньках, новогоднюю елку, масленичные балаганы, в марте начинается снеготаяние, в апреле из-под снега выглядывают первые подснежники. Вот я и хочу, чтобы уже был апрель. Я очень люблю подснежники. Я их никогда не видала. До апреля осталось совсем немного, ваше величество. Всего каких-нибудь три месяца, или девяносто дней. Я не могу ждать и трех дней. Завтра новогодний прием, и я хочу, чтобы у меня на столе были эти - как вы их там назвали? Ваше величество, но законы природы!. Я издам новый закон природы! Пошлите ко мне Канцлера. А вы садитесь за мою парту и пишите. Теперь я вам буду диктовать. Ну, «Травка зенелеет, солнышко блестит». Да-да, так и пишите. «Травка зенелеет, солнышко блестит, а в наших королевских лесах распускаются весенние цветы. Посему всемилостивейше повелеваем доставить к Новому году во дворец полную корзину подснежников. Того, кто исполнит нашу высочайшую волю, мы наградим по-королевски. » Что бы им такое пообещать? Погодите, это писать не надо!. «Мы дадим ему столько золота, сколько поместится в его корзине, пожалуем ему бархатную шубу на седой лисе стихи маршака двенадцать месяцев позволим участвовать в нашем королевском новогоднем катании». Как вы медленно пишете! » Я давно уже не писал диктанта, ваше величество. Стихи маршака двенадцать месяцев, сами не пишете, а меня заставляете! Ну, да уж ладно. Давайте перо - стихи маршака двенадцать месяцев начертаю свое высочайшее имя! Быстро ставит закорючку и машет листком, чтобы чернила скорее высохли. В это время в дверях появляется Канцлер. Ставьте печать - сюда и сюда! И позаботьтесь о том, чтобы все в городе знали мой приказ. КАНЦЛЕР быстро читает глазами. К этому стихи маршака двенадцать месяцев печать? Да-да, воля моя, и вы должны ее исполнить!. Один за другим выходят два Глашатая с трубами и свитками в руках. Первый Глашатай Под праздник новогодний Издали мы приказ: Пускай цветут сегодня Подснежники у нас! Второй Глашатай Травка зеленеет, Солнышко блестит, Ласточка с весною В сени к нам летит! Первый Глашатай Кто отрицать посмеет, Что ласточка летит, Что травка зеленеет И солнышко блестит? Второй Глашатай В лесу цветет подснежник, А не метель метет, И тот из вас мятежник, Кто скажет: не цветет! Посему всемилостивейше повелеваем доставить к Новому году во дворец полную корзину подснежников! Того, кто исполнит нашу высочайшую волю, мы наградим по-королевски! Мы пожалуем ему стихи маршака двенадцать месяцев золота, сколько поместится в его корзине! Подарим бархатную шубу на седой лисе и позволим участвовать в нашем королевском новогоднем катании! На подлинном собственной ее величества рукой начертано: «С Новым годом! Второй Глашатай Ручьи бегут в долину, Зиме пришел конец. Первый Глашатай Подснежников корзину Несите во дворец! Второй Глашатай Нарвите до рассвета Подснежников стихи маршака двенадцать месяцев. Первый Глашатай И вам дадут за это Корзину золотых! Первый и Второй вместе Травка зеленеет, Солнышко блестит, Ласточка с весною В сени к нам летит! ПЕРВЫЙ ГЛАШАТАЙ хлопая ладонью о ладонь. КАРТИНА ТРЕТЬЯ Маленький домик на окраине города. Дочка сидит перед огнем. Возле нее на полу несколько корзинок. Сначала берет в руки маленькую, потом побольше, потом самую большую. ДОЧКА держа в руках маленькую стихи маршака двенадцать месяцев. А что, мама, в эту корзинку стихи маршака двенадцать месяцев золота войдет? Что там на шубку, доченька! На полное приданое хватит: и на шубки, и на юбки. Да еще на чулочки и платочки останется. А в эту сколько войдет? В эту еще больше. Тут и на дом каменный хватит, и на стихи маршака двенадцать месяцев с уздечкой, и на барашка с овечкой. Ну, а в эту? А уж тут и говорить нечего. На золоте пить-есть будешь, в золото оденешься, в золото обуешься, золотом уши завесишь. Ну, так я эту корзинку и возьму! Одна беда - подснежников не найти. Видно, посмеяться над нами захотела королева. Молода, вот и придумывает всякую всячину. А вдруг кто-нибудь пойдет стихи маршака двенадцать месяцев лес да и наберет там подснежников. И достанется ему вот этакая корзина золота! Ну, где там - наберет! Раньше стихи маршака двенадцать месяцев подснежники и не покажутся. Вон сугробы-то какие намело - до самой крыши! А может, под сугробами-то они и растут себе потихоньку. На то они и подснежники. Надену-ка стихи маршака двенадцать месяцев свою шубейку да попробую поискать. Да я тебя и за порог не выпущу. Стихи маршака двенадцать месяцев в окошко, какая метель разыгралась. А то ли еще к ночи стихи маршака двенадцать месяцев ДОЧКА хватает самую большую корзину. Нет, пойду и все тут. В кои-то веки во дворец попасть случай вышел, к самой королеве на праздник. Да еще целую корзину золота дадут. Ну, так вы сами в лес ступайте. Наберите подснежников, а я стихи маршака двенадцать месяцев во дворец отнесу. Что же тебе, доченька, родной матери не жалко? И вас жалко, и золота жалко, а больше всего себя жалко! Ну, что стихи маршака двенадцать месяцев стоит? Эка невидаль - метель! Закутайтесь потеплее и пойдите. Нечего сказать, хороша дочка! В такую погоду хозяин собаки стихи маршака двенадцать месяцев улицу не выгонит, а она мать гонит. Вы и шагу лишнего для дочки не ступите. Так и просидишь из-за вас весь праздник на кухне у печки. А другие стихи маршака двенадцать месяцев королевой в серебряных санях кататься будут, золото лопатой огребать. Ну, полно, доченька, полно, не плачь. Вот съешь-ка горяченького пирожка! Вытаскивает из печки железный лист с пирожками. С пылу, с жару, кипит-шипит, чуть не говорит! Не надо мне пирожков, хочу подснежников!. Ну, если сами идти не хотите и меня не пускаете, так пусть хоть сестра сходит. Вот придет она из лесу, а вы ее опять туда пошлите. А ведь и правда! Отчего бы ее не послать? Лес недалеко, сбегать недолго. Наберет она цветочков - мы с тобой их во дворец снесем, а замерзнет - ну, значит, такая ее судьба. Кто о ней плакать станет? Да уж, верно, не я. До того она мне надоела, сказать не могу. За ворота выйти нельзя - все соседи только про нее и говорят: «Ах, сиротка несчастная! », «Работница - золотые руки! », «Красавица - глаз не отвести! » А чем я хуже ее? Что ты, доченька, по мне - ты лучше, а не хуже. Да только не всякий это разглядит. Ведь она хитрая - подольститься умеет. Тому поклонится, этому улыбнется. Вот и жалеют ее все: сиротка да сиротка. А чего ей, сиротке, не хватает? Платок свой я ей отдала, совсем стихи маршака двенадцать месяцев платок, и семи лет его не проносила, а потом разве что квашню укутывала. Башмачки твои позапрошлогодние донашивать ей стихи маршака двенадцать месяцев - жалко, что ли? А уж хлеба сколько на нее идет! Утром кусок, да за обедом краюшка, да вечером горбушка. Сколько это в год выйдет - посчитай-ка. Дней-то в году много! Другая бы не знала, как отблагодарить, а от этой слова не услышишь. Ну вот, пусть и сходит в лес. Дадим ей корзину побольше, что я для себя выбрала. Эта корзина новая, недавно куплена. Ищи ее потом в лесу. Вон ту дадим, - и пропадет, так не жалко. Да уж больно мала! Платок ее весь засыпан снегом. Она снимает платок и стряхивает, потом подходит к печке и греет руки. Что, на дворе метет? Так метет, что ни земли, ни неба не видать. Словно по облакам идешь. Еле до дому добралась. На то и зима, чтобы метель мела. Нет, такой вьюги стихи маршака двенадцать месяцев целый год не было да и не будет. А ты почем знаешь, что не будет? Да ведь нынче последний день в году! Видно, ты не очень замерзла, если загадки загадываешь. Ну что, отдохнула, обогрелась? Надо тебе еще кое-куда сбегать. Куда стихи маршака двенадцать месяцев это, далеко? Не так уж близко, да и недалеко. Я хворосту много привезла, на неделю хватит. Да не за хворостом, а за подснежниками! Вот разве что за подснежниками - в такую вьюгу! А я-то сразу и не поняла, что ты шутишь. Нынче и пропасть не мудрено - так и кружит, так и валит с ног. А я не шучу. Ты что, про указ не слыхала? Ничего-то ты не стихи маршака двенадцать месяцев, ничего не знаешь! Но всему городу про это говорят. Тому, кто нынче подснежников наберет, королева целую корзину золота даст, шубку на седой лисе пожалует и в своих санях кататься позволит. Да какие же теперь подснежники - ведь зима. Весной-то за подснежники не золотом платят, а медью! Ну, что там разговаривать! ПАДЧЕРИЦА смотрит в окно. А ты бы еще дольше за хворостом ходила - так и совсем бы темно стало. Может, завтра с утра пойти? Я пораньше встану, чуть рассветет. Тоже придумала - с утра! А если ты до вечера цветов не найдешь? Так и станут нас с тобой во дворне дожидаться. Ведь цветы-то к празднику нужны. Никогда не слыхала, чтобы зимой цветы в лесу росли. Да разве разглядишь что в такую темень? А ты пониже наклоняйся да получше гляди. Как это - не пойдешь? Неужели вам меня совсем-совсем не жалко? Не вернуться мне из лесу. А что же - мне вместо тебя в лес идти? Да ведь не мне золото нужно. Понятно, тебе ничего не нужно. У тебя все есть, а чего нет, то у мачехи да у сестры найдется! Она у нас богатая, от целой корзины золота отказывается! Ну, пойдешь или не пойдешь? Отвечай прямо - не пойдешь? Со слезами в голосе. Пусть она здесь у печки греется, пироги ест, а я до полуночи по лесу ходить буду, в сугробах вязнуть. Срывает с крючка шубку и бежит к дверям. Стихи маршака двенадцать месяцев хватает ее за полу. Садись на место, глупая! А ты - платок на голову, корзину в руки и ступай. Да смотри у меня: если узнаю, что ты у соседей где-нибудь просидела, в дом не пущу, - замерзай на дворе! Иди и без подснежников не возвращайся! Падчерица закутывается в платок, берет корзинку и уходит. СТАРУХА оглянувшись на дверь. И дверь-то за собой как следует не прихлопнула. Прикрой дверь хорошенько, доченька, и собирай на стол. На землю падают крупные хлопья снега. Падчерица пробирается через глубокие сугробы. Кутается стихи маршака двенадцать месяцев рваный платок. Дует на замерзшие руки. В лесу все больше и больше темнеет. С верхушки дерева шумно падает ком снега. Снеговая шапка упала, а мне уж почудилось, будто на меня кто с дерева прыгнул. А кому быть здесь в такую пору? Звери и те по своим норам попрятались. Одна я в лесу. Спотыкается, запутывается в буреломе, останавливается. Все равно, где замерзать. Садится на поваленное дерево. Рук своих не разглядишь. И не знаю, куда я зашла. Ни вперед, ни назад дороги не найти. Вот и пришла моя смерть. Мало я хорошего в жизни видела, а все-таки страшно помирать. Разве закричать, на помощь позвать? Может, услышит кто - стихи маршака двенадцать месяцев, или дровосек запоздалый, или охотник какой? Нет, никто не отзывается. Что же мне делать? Так и сидеть здесь, покуда конец не придет? А ну как волки набегут? Ведь стихи маршака двенадцать месяцев издали человека чуют. Стихи маршака двенадцать месяцев там хрустнуло что-то, будто крадется кто. Подходит к дереву, смотрит на толстые, узловатые, покрытые снегом ветви. Там они меня не достанут. Взбирается на одну из ветвей и усаживается в развилине. Некоторое время в лесу тихо. Потом из-за сугроба появляется Волк. Настороженно поглядывая по сторонам, он обходит лес и, приподняв голову, затягивает свою одинокую волчью песню. Волк Ох, сердит Мороз, Не щадит Мороз. На ходу Ко льду Волчий хвост прирос. У овцы зимой Есть стихи маршака двенадцать месяцев шерсть. У лисы зимой Лисья шуба есть. У меня ж, на грех, Только волчий мех, Только старый мех - Шуба драная. Ох, и жизнь моя Окаянная!. Замолкает, прислушивается, потом опять затягивает свою песню. Спит под Новый год Весь лесной народ. Кто в норе не спит, - Под кустом храпит. Я один не сплю - Думу думаю, Думу думаю Про беду мою. У меня тоска Да бессонница. По пятам за мной Голод гонится. Где найду Еду На снегу - на льду? Волку голодно, Волку холодно!. Допев свою песню, опять пускается в обход. Подойдя поближе к тому месту, где укрылась Падчерица, останавливается. У-у-у, человечьим духом в лесу запахло. Будет мне к Новому году пожива, будет мне ужин! ВОРОН с верхушки дерева. Не про тебя добыча! А, это опять ты, старый колдун? Утром ты меня обманул, а уж теперь не надуешь. Ну, а коли чуешь, так скажи, что у тебя справа, что слева, что прямо. Справа - куст, слева - куст, а прямо - лакомый кус. Слева - ловушка, справа - отрава, а стихи маршака двенадцать месяцев - волчья яма. Только и осталось тебе дороги, что обрратно. Куда же ты, серый? Куда захочу, туда и поскачу, а тебе дела нет! Карр, карр, удррал серый. Стар волк - да я старее, хитер - да я мудрее. Я его, серого, еще не раз прроведу! А ты, красавица, проснись, нельзя в мороз дремать - замерзнешь! На дереве появляется Белка и сбрасывает на Падчерицу шишку. Не спи - замерзнешь! Стихи маршака двенадцать месяцев, видно, послышалось мне. Просто шишка с дерева упала и разбудила меня. А мне что-то хорошее приснилось, и теплее даже стало. Что же это мне приснилось? Ах, вон оно что! Будто мать моя по дому с лампой идет и огонек прямо мне в глаза светит. Поднимает голову, стряхивает рукой снег с ресниц. А ведь и правда что-то светится - вон там, далеко. А вдруг это волчьи глаза? Да нет, волчьи глаза зеленые, а это золотой огонек. Так и дрожит, так и мерцает, будто звездочка в ветвях запуталась. Может, тут и в самом деле избушка лесника недалеко или дровосеки огонь развели. Ох, ноги не идут, окоченели совсем! Идет с трудом, проваливаясь в сугробы, перебираясь через бурелом и поваленные стволы. Только бы огонек не стихи маршака двенадцать месяцев. Нет, он не гаснет, он все ярче горит. И дымком теплым как будто запахло. Чудится мне или нет, а слышу я, как хворост на огне потрескивает. Идет дальше, раздвигая и приподнимая лапы густых высоких елей. Все светлее и светлее становится вокруг. Красноватые отблески перебегают по снегу, по ветвям. И вдруг перед Падчерицей открывается небольшая круглая поляна, посреди которой жарко пылает высокий костер. Вокруг костра сидят люд и, кто поближе к огню, кто стихи маршака двенадцать месяцев. Их двенадцать: трое старых, трое пожилых, трое молодых, а последние трое - совсем еще юноши. Молодые сидят у самого огня, старики - поодаль. На двух стариках белые длинные шубы, мохнатые белые шапки, на стихи маршака двенадцать месяцев - белая шуба с черными полосами и на шапке черная опушка. Один из пожилых - в золотисто-красной, другой - в ржаво-коричневой, стихи маршака двенадцать месяцев в бурой стихи маршака двенадцать месяцев. Остальные шестеро - в зеленых, разного оттенка кафтанах, расшитых цветными узорами. У одного из юношей поверх зеленого кафтана шубка внакидку, у другого - шубка на одном плече. Падчерица останавливается между двух елок и, не решаясь выйти на поляну, прислушивается к тому, о чем говорят двенадцать братьев, сидящих у костра. Январь бросая в огонь охапку хвороста Гори, гори ярче - Лето будет жарче, А зима теплее, А весна милее. Все месяцы Гори, гори ясно, Чтобы не погасло! Июнь Гори, гори с треском! Пусть по перелескам, Где сугробы лягут, Будет больше ягод. Май Пусть несут в колоду Пчелы больше меду. Июль Пусть в полях пшеница Густо колосится. Все месяцы Гори, гори ясно, Чтобы не погасло! Падчерица сначала не решается выйти на поляну, потом, набравшись смелости, медленно выходит из-за деревьев. Двенадцать братьев, замолчав, поворачиваются к ней. И тебе вечер добрый. Если не помешаю я вашей беседе, позвольте мне у костра погреться. Ну, как, стихи маршака двенадцать месяцев, по-вашему, позволим или нет? Не бывало еще такого случая, чтобы кто-нибудь, кроме нас, у этого костра сидел. Не бывать-то не бывало. Да уж если пришел кто на огонек наш, так пусть греется. От этого жару в костре не убавится. Ну, подходи, красавица, подходи, да смотри, как бы не сгореть тебе. Видишь, костер у нас стихи маршака двенадцать месяцев - так и пышет. Я близко не подойду. Я в сторонке стану. Подходит к огню, стараясь никого не задеть и не толкнуть, и греет руки. До чего огонь стихи маршака двенадцать месяцев вас легкий да жаркий! До самого сердца тепло стало. Слышно только, как трещит костер. А что это у тебя в руках, девушка? За шишками ты, что ли, пришла под самый Новый год, да еще в такую метелицу? Лесу тоже отдохнуть надо - не все же его обирать! Не по своей воле я стихи маршака двенадцать месяцев и не за шишками. Так уж не за грибами ли? Не за грибами, а за цветами. Прислала меня мачеха за подснежниками. МАРТ смеясь и толкал в бок Апрель-месяц. Слышишь, братец, за подснежниками! Значит твоя гостья, принимай! Я бы и сама посмеялась, да не до смеху мне. Не велела мне мачеха без подснежников домой возвращаться. На что же ей среди зимы подснежники понадобились? Не цветы ей нужны, а золото. Обещала наша королева целую корзину золота тому, кто принесет во дворец корзину подснежников. Вот меня и послали в лес. Плохо твое дело, голубушка! Не время теперь для подснежников, - надо Апреля-месяца ждать. Я и сама знаю, дедушка. Да деваться мне некуда. Ну, спасибо вам за тепло и за привет. Если помешала, не гневайтесь. Берет свою корзинку и медленно идет к деревьям. Погоди, девушка, не спеши! Подходит к Январю и кланяется ему. Братец Январь, уступи мне на час свое место. Я бы уступил, да не бывать Апрелю прежде Марта. Ну, за мной дело не станет. Что ты скажешь, братец Февраль? Ладно стихи маршака двенадцать месяцев, и я уступлю, спорить не буду. Если так, будь по-вашему! Ударяет о землю ледяным посохом. Не трещите, морозы, В заповедном бору, У сосны, у березы Не грызите кору! Полно вам воронье Замораживать, Человечье жилье Выхолаживать! В лесу становится тихо. Ну, теперь твой черед, братец Февраль! Передает свой посох лохматому и хромому Февралю. Февраль ударяет посохом о землю Ветры, бури, ураганы, Дуйте что есть мочи. Вихри, вьюги и бураны, Разыграйтесь к ночи! В облаках трубите громко, Вейтесь над землею. Пусть бежит в полях поземка Белою змеею! В ветвях гудит ветер. По поляне бежит поземка, крутятся снежные вихри. Теперь твой черед, братец Март! Март берет посох Снег теперь уже не тот, - Потемнел он в поле. На озерах треснул лед, Будто раскололи. Зачирикал воробей Веселей на крыше. Все чернее с каждым днем Стежки и дорожки, И на вербах серебром Стихи маршака двенадцать месяцев сережки. Снег вдруг темнеет и оседает. На деревьях появляются почки. Ну, теперь ты бери посох, братец Апрель. Апрель {берет посох и говорит звонко, во весь мальчишеский голос Разбегайтесь, ручьи, Растекайтесь, лужи. Стихи маршака двенадцать месяцев, муравьи, После зимней стужи. Пробирается медведь Сквозь лесной валежник. Стали птицы песни петь, И расцвел подснежник! В лесу и на поляне все меняется. Земля покрывается молоденькой травкой. На кочках под деревьями появляются голубые и белые цветы. Кругом каплет, течет, журчит. Падчерица стоит, оцепенев от удивления. Что же ты стоишь? Нам с тобой всего один часок братья мои подарили. Да как же все это случилось? Неужто ради меня весна среди зимы наступила? Глазам своим поверить не смею. Верь - не верь, а беги скорей подснежники собирать. Не то вернется зима, а у тебя еще корзинка пустая. Я ее сразу узнал, как только увидел. И платочек на ней тот же самый, дырявый, и сапожонки худые, что днем на ней были. Мы, зимние месяцы, ее хорошо знаем. То у проруби ее встретишь с ведрами, то в лесу с вязанкой дров. И всегда она веселая, приветливая, идет себе - поет. И мы, летние месяцы, стихи маршака двенадцать месяцев не хуже знаем. Еще и солнце не встанет, она уже на коленях возле грядки - полет, подвязывает, гусениц обирает. В лес придет - зря ветки не сломит. Спелую ягоду возьмет, а зеленую на кусте оставит: пусть себе зреет. Я ее не раз дождем поливал. Жалко, а ничего не поделаешь - на то я осенний месяц! Ох, и от меня она мало хорошего видела. Ветром я ее пробирал, стужей студил. Знает она Февраль-месяц, да зато и Февраль ее знает. Такой, как она, не жалко среди зимы весну на часок стихи маршака двенадцать месяцев. Отчего же только на часок? Я бы с ней век не расстался. Лучшей хозяйки нигде не найдешь. Ну, если по нраву она вам всем, так подарю я ей свое обручальное колечко! Из-за деревьев выходит Падчерица. В руках у нее корзинка, полная подснежников. Уже полную корзину набрала? Проворные у стихи маршака двенадцать месяцев руки. Да ведь их там видимо-невидимо. И на кочках, и под кочками, и в чащах, и на лужайках, и под камнями, и под деревьями! Никогда я столько подснежников не видела. Стихи маршака двенадцать месяцев какие все крупные, стебельки пушистые, точно бархатные, лепестки будто хрустальные. Спасибо вам, хозяева, за доброту вашу. Если бы не вы, не видать бы мне больше ни солнышка, ни подснежников весенних. Сколько ни проживу на свете, а все благодарить вас буду - за каждый цветочек, за каждый денечек! Не мне кланяйся, а брату моему меньшому - Стихи маршака двенадцать месяцев. Он за тебя просил, он и цветы для тебя из-под снега вывел. ПАДЧЕРИЦА оборачиваясь к Апрелю-месяцу. Всегда я тебе радовалась, а теперь, как в лицо тебя увидела, так уж никогда не забуду! А чтобы и в самом деле не забыла, вот тебе колечко на память. Смотри на него да вспоминай меня. Если случится беда, брось его на землю, в воду или в снежный сугроб и скажи: Ты катись, стихи маршака двенадцать месяцев, колечко, На весеннее крылечко, В летние сени, В теремок осенний Да по зимнему ковру К новогоднему костру! Мы и придем к тебе на выручку - все двенадцать придем, как один, - с грозой, с метелью, с весенней капелью! Да по стихи маршака двенадцать месяцев ковру К новогоднему костру! Ну, прощай, да колечко мое береги. Потеряешь его - меня потеряешь! Я с этим колечком ни за что не расстанусь. Унесу его с собой, как огонек от вашего костра. А ведь ваш костер всю землю греет. Есть в моем колечке от большого огня малая искорка. В стужу согреет, в темноте посветит, в горе утешит. А теперь послушай, что я скажу. Довелось тебе нынче в последнюю ночь старого года, в первую ночь Нового года встретиться со всеми двенадцатью месяцами разом. Когда еще расцветут апрельские подснежники, а у тебя уж корзинка полна. Ты к нам по самой короткой дорожке пришла, а другие идут по длинной дороге - день за днем, час за часом, минута за минутой. Так оно и полагается. Ты этой короткой дорожки никому не открывай, никому не указывай. И про то, кто тебе подснежники дал, не говори. Нам-то ведь это тоже не полагается - порядок нарушать. Дружбой с нами не хвались! Умру, а никому ничего не скажу! Помни, что мы тебе говорили и что ты нам ответила. А сейчас пора тебе домой бежать, пока я метель свою на волю не выпустил. Братец Январь, хоть и дал я ей колечко свое, да одной звездочкой всю чащу лесную не осветишь. Попроси месяц небесный посветить ей в дороге. Куда только он девался? Эй, тезка, месяц небесный! Сделай милость, проводи нашу гостью по лесу, чтобы ей поскорее до дому добраться! Месяц плывет по небу в ту сторону, куда ушла девушка. Ну, брат Январь, конец зимней весне приходит. На поляне снова светлеет. Из-за деревьев возвращается месяц и останавливается прямо над поляной. А теперь, брат Апрель, давай-ка мне посох. Из-за северных Морей, Из серебряных Дверей На приволье, на простор Выпускаю трех сестер! Буря, старшая сестра, Ты раздуй огонь костра. Стужа, средняя сестра, Скуй котел из серебра - Соки вешние варить, Смолы летние курить. А последнюю зову Метелицу-куреву. Метелица-курева Закурила, замела, Запылила, завалила Все дорожки, все пути - Ни проехать, ни пройти! Ударяет посохом о землю. Начинается стихи маршака двенадцать месяцев, вой метели. По небу мчатся облака. Снежные хлопья закрывают всю сцену. КАРТИНА ВТОРАЯ Домик Старухи. Старуха и Дочка наряжаются. На скамейке стоит корзина с подснежниками. Говорила я вам: дайте ей большую новую корзину. Вот теперь и пеняйте на себя. Много ли золота в эту корзинку влезет? Горсточка, стихи маршака двенадцать месяцев - и уж места нет! А стихи маршака двенадцать месяцев же ее знал, что она живая вернется, да еще с подснежниками? И где она их разыскала, ума не приложу. А вы у нее не спрашивали? И спросить толком не успела. Пришла она сама не своя, будто не из лесу, а с гулянья, веселая, глаза блестят, щеки горят. Корзинку на стол - и сразу к себе за занавесочку. Я только глянула, что у нее в корзинке, а она уже спит. Да так крепко, что и не добудишься. Уж и день на дворе, а она все спит. Я стихи маршака двенадцать месяцев и печку растопила, и пол подмела. Стихи маршака двенадцать месяцев я ее разбужу. А вы пока возьмите большую новую корзину и переложите в нее подснежники. Да ведь корзина-то стихи маршака двенадцать месяцев будет. А вы пореже до попросторнее уложите, так она и будет полная! Дочка уходит за занавеску. Как же это их уложить, чтобы корзина полная была? Берет цветочные горшки с подоконника, высыпает из них в корзину землю, потом укладывает подснежники, а по краям украшает корзину зелеными листьями из горшков. Цветочки, они землю любят. А уж где цветочки, там и листики. Дочка-то, видно, в меня пошла. Обеим нам ума не занимать стать. Дочка выбегает на цыпочках из-за занавески. Стихи маршака двенадцать месяцев, как я подснежники-то уложила! Откуда оно у тебя? Зашла я к ней, стала ее будить, а она и не слышит. Схватила я ее за руку, разжала кулак, глядь, а на пальце у нее колечко светится. Я потихоньку колечко стянула, а будить больше не стала - пускай себе спит. Ах, вон оно что! Так я и думала. Не одна она, значит, в лесу подснежники собирала. Покажи-ка мне колечко, доченька. Так и блестит, так играет. В жизни своей такого не видывала. Ну-ка, надень на пальчик. ДОЧКА стараясь надеть кольцо. В это время из-за занавески выходит Падчерица. В карман, в карман положи! Дочка прячет кольцо в карман. Падчерица, глядя себе стихи маршака двенадцать месяцев ноги, медленно идет к скамейке, потом к двери, выходит в сени. Падчерица возвращается, подходит к корзине с подснежниками, роется в цветах. Ты зачем цветы мнешь? А где та корзинка, в которой я подснежники принесла? Падчерица шарит в корзинке. Да ты чего стихи маршака двенадцать месяцев Она у нас мастерица искать. Слыханное ли дело - среди зимы столько подснежников разыскала! А еще говорила, зимой не бывает подснежников. Ты где их набрала? Наклоняется, смотрит под лавку. Да ты скажи толком, что ты все шаришь? А вы тут ничего не находили? Что же нам находить, коли мы ничего не теряли? Это ты, видно, что-то потеряла. А что - сказать боишься. Ты ничего мне не рассказывала и не показывала. Вот стихи маршака двенадцать месяцев, что потеряла, - может, мы и поможем тебе найти! Колечко у меня пропало. Да у тебя его никогда и не было. Я его вчера в лесу нашла. Ишь ты, счастливица какая! И подснежники нашла, и колечко. Я же и говорю, мастерица искать. Ну, вот и поищи. А нам во дворец идти пора. Зачем вам мое колечко? Ты что, стихи маршака двенадцать месяцев лишилась? Откуда нам его взять? Мы его и в глаза не видали. Стихи маршака двенадцать месяцев, милая, у тебя мое колечко! Ну, не смейся надо стихи маршака двенадцать месяцев, отдай мне его. Ты во дворец идешь. Тебе там целую корзину золота дадут - чего хочешь, того и накупишь себе, а у меня только и было, что это колечко. Да что ты привязалась к ней? Видать, колечко-то это не найденное, а дареное. А скажи, кто тебе его подарил? Ну, что легко найдено, то и потерять не жаль. Во дворце-то нас небось заждались! Старуха и Дочка уходят. И слушать даже не хотят. Что же мне делать теперь, кому пожаловаться? Братья-месяцы далеко, не найти мне их без колечка. А кто еще заступится за меня? Разве во дворец пойти, королеве рассказать? Ведь это я для нее подснежники собирала. Солдат говорил, она сирота. Может, сирота сироту пожалеет? Да нет, стихи маршака двенадцать месяцев пустят меня к ней с пустыми руками, без подснежников моих. Садится перед печкой, смотрит в огонь. Вот будто и не было ничего. Ни цветов, ни колечка. Только хворост и остался у меня из всего, что я из лесу принесла! Бросает в огонь охапку хвороста. Гори, гори ясно, Чтобы не погасло! Пламя светло вспыхивает, трещит в печи. Словно я опять в лесу, у костра, среди братьев-месяцев. Прощай, мое новогоднее счастье! Занавес ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ Зал королевского дворца. Посреди зала - пышно разукрашенная елка. Перед дверью, ведущей во внутренние королевские покои, толпится в ожидании королевы много разряженных гостей. Среди них - Посол Западной державы и Посол Восточной державы. Из дверей выходят придворные, потом Королева в сопровождении Канцлера и высокой, худой Гофмейстерины. За Королевой - паж и, несущие ее длинный шлейф. За шлейфом скромно семенит Профессор. С Новым годом, ваше стихи маршака двенадцать месяцев Счастье у меня всегда новое, а Новый год еще не наступил. А между тем, ваше величество, сегодня первое января. Сколько дней в декабре? Ровно тридцать один, ваше величество! Значит, сегодня тридцать второе декабря. Это прелестная новогодняя шутка ее величества! Не правда ли, господин королевский прокурор? Нет, я вовсе не шучу. Завтра будет тридцать третье декабря, послезавтра - тридцать четвертое декабря. Ну, как там дальше? Но это невозможно, ваше величество! Да, ваше величество, опять и опять! Вы можете отрубить мне голову, можете посадить меня в тюрьму, но тридцать седьмого декабря не бывает! В декабре тридцать один день! А семью восемь, ваше величество, пятьдесят шесть, а восемью восемь, ваше величество, стихи маршака двенадцать месяцев четыре! Это тоже доказано наукой, а наука для меня дороже собственной головы! Ну-ну, дорогой профессор, успокойтесь. Я слыхала где-то, что короли иногда любят, когда им говорят правду. А все-таки декабрь не кончится до тех пор, пока мне не принесут полной корзины подснежников! Как вам угодно, ваше величество, но их вам не принесут! Осмелюсь представить вашему величеству прибывших чрезвычайных послов дружественных нам государств - Посла Западной державы и Посла Восточной державы. Послы подходят и кланяются. Его величество, король моей страны, поручил мне принести вам новогодние поздравления. Поздравьте его величество, если у него уже наступил Новый год. У меня, как видите, в этом году Новый год запоздал! ЗАПАДНЫЙ ПОСОЛ, высокий, бритый, грациозно, но растерянно кланяется и отступает. ВОСТОЧНЫЙ ПОСОЛ небольшого роста, тучный, с длинной черной бородой. Мой господин и повелитель приказал мне приветствовать ваше величество и поздравить вас. ВОСТОЧНЫЙ ПОСОЛ минуту помолчав. С цветущим здоровьем и великой мудростью, такой необыкновенной в столь нежном возрасте! А вы все еще собираетесь меня чему-то учить. Садится на трон и движением руки подзывает Канцлера. А все-таки, почему до сих пор нет подснежников? Все ли в городе знают мой указ? Ваше желание, королева, исполнено. Цветы будут сейчас повергнуты к стопам вашего величества. Входит целая процессия садовников стихи маршака двенадцать месяцев корзинами, вазами, букетами самых разнообразных цветов. Главный садовник, важный, с бакенбардами, подносит Королеве огромную корзину роз. Другие Садовники ставят у трона тюльпаны, нарциссы, орхидеи, гортензии, азалии и другие цветы. Это настоящий праздник цветов! А есть тут стихи маршака двенадцать месяцев Отыщите мне их, пожалуйста. КАНЦЛЕР наклоняется, надевает очки и подозрительно разглядывает цветы в корзинах. Наконец вытаскивает пион и гортензию. Я полагаю, что один из этих цветов - подснежник. Тот, который вам больше нравится, ваше величество! А вы что скажете? Я знаю только латинские названия растений. Это, насколько я помню, пеония альбифлора, а это - гидранта опулоидес. Садовники отрицательно и обиженно качают головами. Ну, это скорей похоже на название какой-то опухоли. Говорите вы, что это за цветы! Это гортензия, ваше величество, а это пион, или, как говорят в простом народе, марьин корень, ваше величество! Мне не нужно никаких марьиных корней! Ваше величество, какие же подснежники стихи маршака двенадцать месяцев королевской оранжерее?. Подснежник - цветок дикий, сорная трава! А где же они растут? Где им и полагается, ваше величество. Где-нибудь в лесу, под кочками! Так принесите мне их из лесу, из-под кочек! Только не гневайтесь, - сейчас их нет и в лесу. Они не появятся раньше апреля месяца. Вы что, сговорились все? Слушать я этого больше не хочу. Если у меня не будет подснежников, у кого-то из моих подданных не будет головы! Как вы полагаете, кто виноват в том, что у меня нет подснежников? Я полагаю, ваше величество, главный садовник! ГЛАВНЫЙ САДОВНИК падая, на колени. Ваше величество, я отвечаю головой только за садовые растения! За лесные отвечает главный лесничий! Если не будет подснежников, я прикажу обоих пишет в воздухе рукой казнить! Канцлер, велите приготовить приговор. О, ваше величество, у меня все готово. Надо только вписать имя и приложить печать. В это время открывается дверь. Входит Офицер королевской стражи. Ваше величество, по королевскому указу во дворец прибыли подснежники! Их доставили две особы без титулов и званий! Зовите их сюда, двух особ без титулов и званий! Входят Старуха и Дочка с корзиной в руках. Подбегает к корзине и срывает с нее скатерть. Так это и есть подснежники? Да еще какие, ваше величество! Свеженькие, лесные, только что из-под сугробов! КОРОЛЕВА вытаскивая полными горстями подснежники. Вот это настоящие цветы, не то что ваши - как их там - опулоидес или марьин корень! Прикалывает к груди букет. Пусть сегодня все проденут в петлицы и приколют к платью подснежники. Я не хочу никаких других цветов, Садовникам. Благодарю вас, ваше величество! Садовники с цветами уходят. Королева раздает всем гостям подснежники. ГОФМЕЙСТЕРИНА прикалывая цветы к платью Эти милые цветочки напоминают мне те времена, когда я была совсем маленькая и бегала по дорожкам парка. Вы были маленькая и даже бегали по дорожкам парка? Это, должно быть, стихи маршака двенадцать месяцев очень смешно. Как досадно, что меня тогда еще не было на свете! А это вам, господин начальник королевской стражи. НАЧАЛЬНИК КОРОЛЕВСКОЙ СТРАЖИ принимая от Королевы подснежник. Благодарю вас, ваше величество. Я буду хранить этот драгоценный цветок в золотом футляре. Лучше поставьте его в стакан с водой! На этот раз вы совершенно правы, ваше величество. В стакан с прохладной некипяченой водой. Я всегда права, господин профессор. Зато вы на этот раз ошиблись. Вот вам подснежник, хоть, по-вашему, их зимой не бывает. ПРОФЕССОР пристально разглядывая цветок. Стихи маршака двенадцать месяцев вас, ваше величество. Если бы вы были простым школьником, я бы вас поставила в угол за упрямство. Все равно, в тот или в этот.